+
13 Октябрь 2017
Храни нас, святой Николай!
история

Мы продолжаем рассказ об истории Никольской церкви. В первом квартале 1947 года в Карело-Финской ССР были открыты церкви в городе Сортавала и поселке Соломенное. Таким образом, в республике стало девять действующих храмов.

Никольская церковь, 1950 г.

В октябре 1947 года вслед за настоятелем Андреем Крыловым приход принял священник Сергий Охотин. Сергий Петрович Охотин родился в 1887 году в Пудожском уезде. Обучался в Каргопольском духовном училище и закончил пять классов в Олонецкой Духовной семинарии. Несколько лет работал учителем. В 1911 году получил сан священника и служил в церквях Олонецкой и Архангельской губерний. В гражданскую войну был мобилизован в Красную Армию, в тыловое обеспечение.

Недолго послужил священником, был отправлен на лесозаготовки и другие работы. Во время Великой Отечественной войны был эвакуирован в Вологодскую область. По возвращении в Петрозаводск в июне 1945 года был назначен настоятелем Екатерининской церкви, а с октября 1947 года переведен в Сортавала.

Священники Маков и Орлов

Затем в качестве священника приходской общины Никольской церкви был зарегистрирован Степан Маков. Степан Николаевич Маков (1908–1954) был родом из Ленинградской области. Он окончил Вознесенскую восьмилетнюю школу и двухгодичные курсы бухгалтеров при ней. До 1947 года его работа была связана с водным транспортом. В автобиографии он вспоминал: «Во время Отечественной войны работал на Ладожском озере по доставке грузов Ленинграду и Ленинградскому фронту, за что имею награду — медаль «За оборону Ленинграда».

Степан Маков

В возрасте семи лет Степан приобщился к церковной жизни: прислуживал в алтаре, пел и читал на клиросе, занимался уборкой храма, ремонтировал священнические одежды и облачения. После Великой Отечественной войны связал дальнейшую жизнь с церковью. 22 ноября 1947 года был рукоположен в сан диакона Никольской церкви в Сортавала. Почти через год был рукоположен в сан священника и назначен настоятелем этой церкви.

Его служение в Никольском храме длилось чуть более двух лет. Он занимался юридическими вопросами, подписал договор о передаче в пользование прихода православной церкви церковного здания и культового имущества. Церковь была обеспечена необходимым имуществом и предметами культа.

Постепенно приобретался хозяйственный инвентарь: скамейки, лестницы, тазы и ведра, ковровая дорожка. Была произведена оценка имущества прихода: его стоимость составила 4130 рублей. Согласно личному прошению, Маков был переведен в псаломщики. Вместе с семьей переехал в село Ладва, где и скончался от болезни.

Иерей Иоанн Виссарионович Орлов родился в 1928 году в городе Печоры Псковской области. Сын служащего. В 1944 году закончил 6 классов средней школы. В 1950 году окончил Ленинградскую Духовную семинарию. 29 февраля 1950 года был рукоположен в сан дьякона, а через год — в сан иерея. Иерей Иоанн исполнял должность настоятеля нашего храма почти три года, а затем переведен в церкви Ленинградской и Псковской областей. В конце 1940-х годов священнику помогали диаконы, упоминаются имена Николая Константиновича Вешнякова и Александра Гавриловича Акимова.

Настоятель Философ Брянцев

Почти тридцать лет возглавлял Никольский приход протоиерей Философ Брянцев (1910-1995). В газете «Ладога-Сортавала» от 22 июля 2016 года была опубликована статья о жизни и судьбе Философа Александровича Брянцева.

В Национальном архиве Карелии обнаружены дополнительные сведения к биографии этого незаурядного человека. Философ родился в 1910 году в семье священника, в городе Каргополь Олонецкой губернии. С семи лет начал учиться в церковно-приходской школе, с восьми лет стал прислуживать в церкви и у епископов Каргополя. К 1927 году он самостоятельно освоил все богословские дисциплины за курс старой духовной семинарии. Одновременно по заочной форме обучения окончил курсы по техническо-художественному архитектурному черчению.

Свои знания он применил, работая чертежником на строительстве новой больницы в Каргополе и кирпичном заводе в Колпино. С 1932 года в связи с отсутствием жилья уехал из Ленинграда. На курсах при отделении общества Красного Креста выучился на медбрата. После освобождения Ленинградской области в 1944 году вернулся в любимый город.

В 1947 году его жизнь круто изменилась. Во время весенних каникул он приехал к митрополиту Григорию (Чукову), который знал семью Брянцевых еще до революции.

В присутствии преподавателей Ленинградской духовной семинарии он был проэкзаменован. Было установлено, что его знания соответствовали академическим. По окончании учебного года он уволился по собственному желанию и 1 июня он был посвящен в сан диакона, а на следующий день рукоположен в сан иерея.

Переехал в Карелию, служил в Петропавловской церкви села Соломенное, в храмах Петрозаводска. Он дважды возглавлял приход Никольского храма, первый раз с 1953 по 1972 годы. В 1962 году ко дню Святой Пасхи рукоположен в сан протоиерея.

Как платили работникам церкви

В орган управления прихода — общее собрание — входили члены так называемой «двадцатки», ответственные за дела в приходе. Их могло быть и больше. В 1959 году она насчитывала 34 человека, в том числе шесть пенсионеров, 12 домохозяек, 12 рабочих и служащих и четыре служителя храма. Из членов «двадцатки» выбирали старосту и его помощника, казначея и членов ревизионной комиссии.

В период 1950-1960-х годов старостами церкви были Васса Федоровна Чернова, Татьяна Николаевна Воскресенская, Андрей Матвеевич Голов, Мария Ивановна Васильева, Наталья Павловна Пантелеева, Анна Александровна Мушкова, Зоя Васильевна Комарова, Пелагея Ивановна Нестерова.

Иконостас Никольской церкви, 1950 г.

Интересно рассмотреть финансовую сторону деятельности прихода. На общем собрании рассматривался вопрос о назначении окладов работникам церкви. С 1963 года староста церкви получал 45 рублей в месяц с двухнедельным отпуском, помощник старосты, казначей и уборщица — по 35 рублей. Хористам намеревались оплачивать по 30 копеек за службу. Настоятель получал 250 рублей в месяц с оплачиваемым месячным отпуском. Также ставился вопрос о приеме на работу продавца в свечную лавку, в качестве материально ответственного работника.

Доход церкви складывался из следующих поступлений: от исполнения обрядов, от продажи свечей, от добровольных пожертвований. Например, в 1969 году он составил 13151 рубль. В расходную часть входили расходы на содержание служителей и обслуживающего персонала, на содержание и ремонт храма, отчисления религиозным центрам, перечисления в Фонд мира.

К исполнению обрядов относилось таинство крещения. Число принявших крещение ежегодно росло (56 человек в 1959 году, 96 в 1961 году). Но к 1969 году количество совершенных крещений сократилось в три раза и составило 32.

Проводились отпевания усопших, причем преобладало заочное отпевание. В дни религиозных праздников православную церковь посещало немало народу. Так, в пасхальную ночь с 21 на 22 апреля 1968 года в церкви побывало 1500-1600 человек, в подавляющем большинстве престарелые жители Сортавальского и Питкярантского районов. За одну ночь выручка церкви составила 1042 рубля..

«Школьники врывались с гиканьем в храм...»

В период, когда руководителем страны был Н.С. Хрущев, пошла новая волна борьбы с религией. В Сортавала она выразилась поощряемым хулиганством школьников и молодежи по отношению к священнослужителям и прихожанам. Молодые люди перелезали ограду, мусорили на прилегающей территории. Заходя в церковь, не снимали головных уборов, громко разговаривали, нецензурно выражались и приставали к прихожанам.

26 мая 1957 года священник Философ Брянцев написал письмо в Цен- тральный комитет Коммунистической партии. В нем он отметил следующее:

«Многоуважаемый Никита Сергеевич, хотя Вы и заняты делами первейшей государственной важности, но я все же осмеливаюсь, — и надеюсь безнаказанно, — обратить Ваше внимание и выразить свою обиду... За четыре года пребывания в г. Сортавала мне пришлось, как нигде, перенести немало обид и оскорблений. Обидные, даже похабные прозвища приходится выслушивать и мне, и детям, и жене. Зачастую школьники врывались с гиканьем в храм во время богослужения, а юноши входили в шапках и громко смеялись, теперь же местная газета выступила в роли организатора и застрельщика, что уже не замедлило, как я уже упоминал, дать свои результаты. Простите, Никита Сергеевич, но к кому же больше я мог обратиться со всем изложенным?! Как хотите, а мне и больно, и обидно! Священник (подпись) (Ф. Брянцев), г. Сортавала, Карельской АССР, ул. Загородная, 31».

Письмо было спущено по инстанциям для реагирования и осталось без ответа.

В начале 1960-х годов церкви закрывались. С этого времени в Карелии действовало лишь четыре храма — два в Петрозаводске и по одному в Олонце и Сортавала.

В отношении оставшихся церквей продолжалась политика ужесточения требований к их деятельности. В 1962 году исполком Сортавальского районного совета принял решение об ограничении колокольного звона в Никольской церкви Сортавала. При этом ссылались на близкое расстояние от церкви до роддома и поликлиники, общежития стройуправления, школы-интерната, «Карелэнерго», сельхозтехникума. В учреждениях и на предприятиях прошли собрания коллективов, на которых участники подтвердили, что звон мешает работе, учебе и отдыху. Кроме того, богослужения начинались в одно и тоже время, о котором все и так знали.

Сначала было принято локальное решение, а тремя годами позже Совет Министров КАССР издал Постановление от 31 июля 1965 г. № 394 «Об ограничении колокольного звона русской православной церкви в г. Сортавала». В дополнительном письме разъяснялось, что колокольный звон проводить в один колокол на паперти при закрытых дверях. В последующие четверть века приходской совет регулярно подавал прошения о восстановлении колокольного звона.

В 1962 году создавались комиссии по контролю за выполнением советского законодательства о культах. Подобная комиссия была утверждена решением исполкома Сортавальского горсовета на следующий год. В нее входили руководители учебных заведений и заведующие отделами городского совета, пенсионеры и представители силовых структур. Члены комиссии присутствовали на общих собраниях прихода, посещали службы и прослушивали проповеди священников, устраивали лектории и кинопоказы на атеистические темы, писали статьи в местную газету.

В условиях притеснений, ограничений и запретов приходская жизнь все-таки теплилась и продолжалась, о чем расскажем в следующей публикации.

Комментариев пока нет

Разрешённые теги: <b><i><br>Добавить новый комментарий:



0,0064 s | 8 | 0,0778 s | 0,0843 s | cache