Почти каждый квадратный метр города Сердоболь (ныне Сортавала) бережёт полузабытые тайны из истории России, которые раскрывает не каждому. Сортавальская библиотека – хранительница ценнейшей исторической информации.
На полках библиотеки Читатель может найти книгу П.А.Жилина «Михаил Илларионович Кутузов. Жизнь и полководческая деятельность», Москва, Воениздат, 1983 год. Девушка-библиотекарь, походив между полок, мне сказала: «Вам повезло. Книгу нашла. А вообще срок хранения книги составляет 25 лет».
Авантитул – страница, предшествующая титульному листу: кто-то красивым крупным женским подчерком оставил надпись: «Обложка оторвана». Но обложка уже приклеена.
Автор – Павел Андреевич Жилин (1913-1987 гг.) – фронтовик, летом 1941 года добровольцем вступил в ряды Красной Армии и ушёл на фронт, участвовал в битве под Москвой и в освобождении Белоруссии, советский военный историк, член-корреспондент Академии Наук СССР (1968 год), генерал-лейтенант (1968 год).
Генерал Жилин на страницах книги подробно рассказывает о русском военачальнике Кутузове, уделяя большое внимание его службе в Российской Финляндии. Сердоболь получил статус города в 1783 году; тогда вышел указ императрицы Екатерины II «О составлении Выборгского наместничества из шести уездов, и о переименовании местечка Сердоболья городом». Был образован Сердобольский уезд – приграничная территория.
Историк Жилин досконально объясняет события 1797 года: умер прусский король Фридрих Вильгельм II, а русский император Павел I с визитом в Берлин отправляет генерал-поручика Кутузова.
Жилин сообщает:
- «Когда Кутузов следовал в прусскую столицу, его догнал фельдъегерь и вручил рескрипт Павла I. В нём говорилось, что на место уволенного от службы генерал-фельдмаршала графа М.Ф.Каменского он назначается инспектором Финляндской дивизии и шефом Рязанского мушкетёрского полка».
1797 год. Недавно закончилась очередная русско-шведская война 1788-1790 годов. В январе 1797 года Наполеон разгромил австрийские войска в Италии. Император Павел отчётливо понимал, что для России новые войны неизбежны, как со Швецией, так и с Францией.
Жилин пишет:
- «Внешне задача миссии М.И.Кутузова выглядела довольно скромно. На самом деле её цель была более важной. Кутузову предстояло подготовить почву для последующих переговоров с Пруссией относительно привлечения её на сторону России в борьбе с Францией».
Но Наполеон пока был далеко. А войска Швеции находились рядом с Санкт-Петербургом. России принадлежали Выборг, Фридрихсгам (ныне Хамина), Вильманстранд (ныне Лаппеэнранта), Нейшлот (Савонлинна) и Сердоболь (Сортавала) – приграничные города. Вильманстрандская крепость была заложена шведами в 1720-х годах, а в самом начале 1790-х была перестроена русскими инженерными войсками под руководством генерала Суворова. Но расстояние от Вильманстранда до Петербурга менее двухсот вёрст.
Генерал Жилин излагает:
- «Завершив свою миссию, М.И. Кутузов 18 марта 1798 г. выехал из Берлина в Петербург, откуда направился в Выборг к месту своей службы по должности инспектора инфантерии Финляндской инспекции. К этому времени там уже было завершено строительство оборонительных сооружений. Важной задачей являлась чёткая организация пограничной службы. 28 апреля 1798 г. Павел I поручил М.И. Кутузову составить «раз навсегда» расписания казачьих постов по границе со Швецией. Это задание было выполнено.
11 мая Кутузов представил императору два расписания: одно на летнее, а другое на зимнее время, с картой. Предусматривалось содержать на постах 378-414 казаков с 12 офицерами. Павел I утвердил полученные документы и выразил благодарность Кутузову. В своём рескрипте от 14 мая он писал: «Присланные от Вас расписания казачьих постов по границе шведской на летнее и зимнее время аппробую».
Казаки в Финляндии были не в новинку. В русско-шведской войне 1741-1743 годов в боевых действиях в Финляндии участвовало около шести тысяч донских казаков: они блокировали южное и восточное побережье Финляндии от города Або до Фридрихсгама, не допуская высадки шведских десантов. В войне 1788-1790 годов в Финляндии вместе с пехотой шведам противостояли два донских казачьих полка.
У нас нет данных, подтверждающих прибытие генерала Кутузова в город Сердоболь. Но то, что приграничный Сердоболь был на картах и в планах Кутузова, касавшихся русско-шведской войны, - это бесспорно.
Кутузов побывал в Фридрихсгаме (ныне Хамина). Весной 1798 года, по указанию императора Павла, Кутузов вёл переговоры с командующим шведскими войсками в Финляндии генералом Клингспором по вопросу о демаркации границы. В ходе переговоров шведская сторона стала выдвигать необоснованные территориальные претензии, противоречившие положениям Абоского мирного договора 1743 года. Об этом Кутузов подробно доложил императору в рапорте 19 апреля 1798 года.
Генерал Жилин информирует:
- «22 апреля Павел I направил Кутузову рескрипт, в котором говорилось: «Господин генерал от инфантерии Голенищев-Кутузов. Увидя из донесения Вашего от 8-го (19) апреля, что г-н Клингспор приехал не трактовать о постановлении границ, а делать требования, противные трактату, в Абове заключённому, долженствующему руководствовать Вами и в сем случае, и для того, не входя ни в какие дальние переговоры, кончите оные, дав почувствовать сухим образом шведскому генералу, что ему более и далее делать в Фридрихсгаме нечего».
Император Павел был решителен.
Он ломал и менял многое, доставшееся ему от матушки – императрицы Екатерины II. В конце ноября 1796 года Павел I вновь ввёл чин генерала от инфантерии вместо чина генерал-аншефа. Он был ниже чина генерал-фельдмаршала, но выше генерал-поручика. В начале 1798 года Михаил Голенищев-Кутузов был пожалован чином генерала от инфантерии.
В советской средней школе нам рассказывали о русском императоре Павле, как о полубезумном мужичке. Совсем иное можно прочесть в воспоминаниях его современников. В то время жила интереснейшая женщина Дарья Ливен, которая оставила мемуары:
- «Император Павел был мал ростом. Черты лица имел некрасивые за исключением глаз, которые у него были очень красивы…
Он знал толк в изощрённых и деликатных оборотах речи. Его шутки никогда не носили дурного вкуса, и трудно себе представить что-либо более изящное, чем краткие милостивые слова, с которыми он обращался к окружающим в минуты благодушия.
Я говорю это по опыту, потому что мне не раз до и после замужества приходилось соприкасаться с императором.
Он нередко наезжал в Смольный монастырь, где я воспитывалась; его забавляли игры маленьких девочек, и он охотно сам даже принимал в них участие. Я прекрасно помню, как однажды вечером в 1798 году я играла в жмурки с ним, последним королём Польским, принцем Конде и фельдмаршалом Суворовым; император тут проделал тысячу сумасбродств, но и в припадках весёлости он ничем не нарушал приличий. В основе его характера лежало величие и благородство – великодушный враг, чудный друг, он умел прощать с величием, а свою вину или несправедливость исправлял с большою искренностью».
Книги – источники информации.
Сердоболь – город с влекущей силой. Сюда влекло учёных и писателей.
В сентябре 1804 года город Сердоболь посетил академик Василий Севергин, который об увиденном рассказал:
- «Город сей, называемый по Фински Сардовала, лежит на северном берегу Ладожского озера. Домов в нём до 70, кои все суть деревянные, изключая запасной магазин на берегу стоящий, который каменный. Жителей до 500. Наибольшая часть из них суть купцы, торгующие наиболее мелочным лавочным товаром. Улицы вымощены досками, что довольно странно по причине великого здесь изобилия в камнях, и могло бы быть отменно. Церквей в сем городе две, одна Финская, а другая Российская».
Спустя полвека, в июле 1858 года, в городе Сердоболь побывал французский писатель Александр Дюма, оставив свои воспоминания:
- «На рассвете вдали показался Сердоболь. Некоторое время мы плыли среди островов небольшого архипелага, показавшихся нам либо вовсе ненаселёнными, либо населёнными очень слабо; затем наш взгляд остановился на Сердоболе, бедном финском городке, построенном между двумя горами».
Дюма, находясь в Сердоболе и Рускеале, конечно же, не мог предположить, что вскоре, в Москве, его ждёт незабываемая встреча с Кутузовым. После Сердоболя был Санкт-Петербург, а затем – поезд на Москву. Дюма рассказал:
- «Женни ждала нас у ворот Петровского парка, а Нарышкин – на крыльце, откуда он проводил осмотр своих лошадей: этому приятному занятию он предавался каждое утро…
Наши восторги и изъявления благодарности, сопровождавшие осмотр павильона, были прерваны звоном колокола, возвещавшего время завтрака. Мы отправились в главное здание, где нас встретил повар с коленкоровым колпаком в руках.
Этот повар, хотя он и отличался в лучшую сторону от того, что был у Кушелева, тем не менее, оставался русским поваром, то есть человеком, исполненным предрассудков. Правда, его неприятие французской кухни поддерживалось Нарышкиным, который в качестве боярина старого закала отдавал предпочтение кухне Ивана Грозного, или, если угодно, грозной кухне Ивана.
Но Нарышкин подчинился долгу гостеприимства, и было условлено, что на протяжении всего нашего пребывания в Петровском парке г-н Кутузов – как видите, повар носил прославленное имя – будет подчиняться исключительно мне».
Александр Дюма почти боготворил императора Наполеона, а потому, возможно, Дмитрий Павлович Нарышкин и решил французского писателя познакомить с русским поваром по фамилии Кутузов. Нарышкины могли себе позволить многое, так как к боярскому роду Нарышкиных принадлежала мать царя Петра I –
Наталья Кирилловна.
Многие представители рода Нарышкиных служили в русской армии. Кирилл Полуэктович Нарышкин в 1654 году был стрелецким головой (полковником) в гарнизоне Смоленска. Кирилл Алексеевич Нарышкин в 1695 году участвовал в Азовском походе, а в 1710-м был назначен первым петербургским комендантом. Кирилл Михайлович Нарышкин принимал участие в Отечественной войне 1812 года, а в декабре 1821-го получил чин генерал-майора.
Кутузов же (полное имя – Михаил Илларионович Голенищев-Кутузов-Смоленский) – русский полководец, дослужившийся до высшей воинской должности Главнокомандующего Русской армией и чина генерал-фельдмаршала.
Великий военачальник всегда думал о русском солдате. М.И. Кутузов говорил:
- «Мы, северные варвары, сохраняем людей: я не пожертвую ради громкой славы ни одним из своих солдат».
М.И. Кутузов признался и объявил:
- «Я получил и чины, и ленты, и раны, но лучшею наградою почитаю то, когда обо мне говорят: он настоящий русский солдат».
После Кутузова прошло уже два века. А мало что изменилось для настоящего мужчины в России. Выполнение воинского долга – это дело чести. Мой отец служил в Красной армии ещё при Сталине. Мне довелось служить в Советской армии во времена Брежнева. Теперь мой внук служит в Российской армии.
С праздником! С Днём защитника Отечества!
Олег Рысик.