Александр Семёнович Дзюблик– легендарный директор Сортавальского мебельно–лыжного комбината (СМЛК). Большой, сильный, умный и деятельный человек. Депутат Верховного Совета Карелии в 1990–94 годах. Орденоносец. Лидер. Личность.
Советский Союз. 1991 год. 14 января – Председателем Кабинета министров СССР назначен Валентин Павлов. 17 марта – состоялся Всесоюзный референдум о сохранении СССР.
22 мая – Съезд народных депутатов СССР принял решение о выборах через пять лет президента и вице–президента СССР путём всенародного голосования.
В то время мне посчастливилось работать старшим мастером лыжного производства цеха № 5. Спустя пару месяцев в аэропорт Хелюля прилетал премьер–министр СССР Валентин Павлов, которого встречал Александр Дзюблик.
Каждый читатель, обладатель смартфона, может в своём телефоне набрать: «Александр Дзюблик: излом судьбы». Рассказ под таким названием был опубликован в газете «Вести Приладожья» от 23 августа 2023 года. Там Вы прочитаете и о встрече В.С. Павлова с А.С. Дзюбликом.
Весной 1992 года меня избрали председателем профсоюзного комитета СМЛК. В один из дней А.С. Дзюблик меня пригласил и повёз в Мюллюкюля. Приехали. Близ какого–то двора прошли к речке Тохме. Александр мне рассказал, что когда–то здесь стояла малая финская гидроэлектростанция, но во время войны она была разрушена. Он планировал построить там новую гидроэлектростанцию, чтобы обеспечивать «своей» электроэнергией комбинат и посёлок Хелюля. У огромного человека и планы были грандиозные.
У комбината был и свой «пионерский лагерь» – на берегу Ладоги место для отдыха детей работников СМЛК. Однажды А.С. Дзюблик мне показал документы, в которых чёрным по белому значилось, что 50% собственности «пионерского лагеря» принадлежали администрации СМЛК, а другие 50% – профсоюзной организации комбината. На комбинате трудилось 2800 человек. Каждый работник предприятия производил оплату профсоюзных взносов в размере 1% от месячной зарплаты, и на те деньги, в том числе, приобреталось имущество для «пионерского лагеря». А кому после Александра Дзюблика «пионерский лагерь» достался?
Однажды, в 1992–м или в 93–м, озабоченный директор СМЛК пригласил меня на закрытое совещание руководства комбината. Там присутствовали: директор А.С. Дзюблик, главный бухгалтер Е. Халапайнен, заместитель директора А. Сержантов и председатель профкома О. Рысик. Суть проблемы: вагон с мебелью ушёл в город Тольятти, оплата получателем не была произведена, но оттуда прибыли две подарочные машины «Нива», одна – снабженцу Х., а другая – другому снабженцу М…
Так погибал комбинат.
Советский Союз умер. Комбинат (СМЛК) тоже, казалось, начал остывать и дёргаться в предсмертных конвульсиях. Рушились производственные связи предприятия, связанные с поставками круглого леса, клея, тканевых материалов, фурнитуры для мебели.
Рабочие комбината перестали получать зарплату. Продукция цехов лежала на складах. У большинства жителей России не было денег даже на хлеб, а о новом шкафе и покупке лыж почти никто не думал. К примеру: рабочие лыжного цеха изготовили несколько кубометров тарной дощечки, продукция была отправлена на Украину, оттуда пришёл вагон с сахарным песком, вместо зарплаты рабочие получили по два килограмма сахарного песка. Появилось слово «бартер», означающее натуральный обмен, когда два предприятия обмениваются своими товарами без денег.
В последний раз в доме супругов Дзюбликов я побывал, наверное, в предпоследний день 1994 года. В то время мне довелось трудиться директором предприятия «Стройкомплект»; было такое предприятие на обломках КПП и рядом с умиравшим мясокомбинатом. А супруги Дзюблики были уже неработающими людьми. Тамара Георгиевна нарезала несколько ломтиков сала и положила на одно блюдечко, а на другое – пару кусочков чёрного хлеба. Она тихо появилась и тихо ушла.
О мужчине можно немало понять, посмотрев на его женщину. Тамара Георгиевна была красавицей. Даже в свои пятьдесят лет она выглядела как цветущая тридцатилетняя: стройная, вежливая, образованная, всегда в элегантном женском костюме, с приятным голосом, с правильными чертами лица русской женщины. Она работала начальником отдела по технике безопасности предприятия. Когда она проходила по цехам комбината, то многие молодые мужчины заглядывались на неё. Её рабочий кабинет находился на втором этаже «конторы» СМЛК и рядом с моим кабинетом. Пару раз в неделю, если не было срочных дел, в 10 часов утра, мы пили чай, беседуя о разном.
Директор Александр Дзюблик никогда не был против утреннего чаепития в цехах. Он был уверен в том, что 15–минутное чаепитие, во–первых, дружески сближает представителей конкретного рабочего коллектива, а, во–вторых, предоставляет возможность сменным мастерам, скажем, В.П. Меркуловой или З.И. Шабунь, объяснить планы производственного задания за чашкой чая.
Я часто вспоминаю Дзюблика. В молодости этот человек занимался тяжёлой атлетикой в одном зале с Василием Алексеевым – олимпийским чемпионом. Дзюблик обладал огромной физической силой. Талантливый советский руководитель: в зрелые годы он был награждён медалями и орденами СССР за доблестный труд.
И у него, и у неё – судьба, конечно, трагическая. И никто не помог.
А когда Александр Семёнович работал директором СМЛК, то трудоустраивал многих. На комбинате работала женщина, которая в 1970–е проворовалась, будучи бухгалтером в горсовете, отсидела своё на женской зоне, а Дзюблик принял её на работу нормировщицей. Бывший следователь, изгнанный из МВД, укладывал доски в штабеля на бирже сырья под руководством мастера Поршуновой. Всякое бывало.
Дзюблик помогал оступившимся людям не утонуть окончательно в болоте отверженных и бесправных.
Дзюблик помогал школьникам с сезонной работой на летних каникулах, предоставляя ребятам возможность подзаработать в цехах на вспомогательных лёгких работах и получить зарплату. СМЛК был кормильцем для многих. Большие трудовые династии работали на предприятии.
О комбинате публиковали газетные статьи и книги. В 1987 году тиражом в 2000 экземпляров вышла брошюра Владимира Судакова «Сортавальский мебельно–лыжный: хроника ускорения».
В.П. Судаков в своей книге о СМЛК рассказал:
«Хоккейные клюшки и пластиковые лыжи комбината экспонировались в 1985 году на ВДНХ СССР, в 1986 году– во Всесоюзном центре технической эстетики.
А сколько жилья построено в Хелюля! Многоэтажные дома и коттеджи с квартирами на двух уровнях. Целый микрорайон двухквартирных домиков из арболита появился на левом берегу реки Тохма, на бывшей окраине Хелюля.
А на рабочем столе директора СМЛК А.С. Дзюблика стоит макет спортивного комплекса школы № 7 – работа конструктора У. Туоми и художника–оформителя С. Белова. В проекте предусмотрены плавательный бассейн, спортивный зал…».
Я помню совместное заседание профкома и администрации СМЛК в 1990 году, тогда распределяли квартиры в доме № 17, что по улице Дружбы Народов в городе Сортавала. Кирпичный дом 1990 года постройки. Сегодня многие молодые люди и не знают, что их деды и бабушки, к примеру, Толстенковы или Курбатовы, бесплатно получили квартиры в том доме, как передовики производства СМЛК.
Для работников СМЛК при активном участии директора были созданы садово–огороднические товарищества «Мебельщик–1» – «Мебельщик–4».
Всё это было при Александре Дзюблике. Он трудился в должности директора с 1978 года. Три промышленные площадки: Сортавала, Хелюля и Харлу. Четырнадцать основных цехов и множество вспомогательных служб. Дзюблик создал свою сильнейшую команду сподвижников: главный инженер Гладышев, начальники цехов Бобин, Львов, Бобков, Скородумова, Ларюков, Лебедев, Мошников и многие другие – они были руководителями движущей силы огромного предприятия. Некоторые говорили: «Свита делает короля». А директор отвечал: «Мы – никто, однозначно, без рабочего класса». Среди его товарищей на рыбалке и охоте были обыкновенные работяги.
После себя Александр Дзюблик не оставил личных дворцов и неучтённых миллиардов. Он ушёл скромно и незаметно. Александр Семёнович оставил большее – добрую память о себе на долгие годы.
Олег Рысик.
Фото из сети Интернет: Александр Семёнович Дзюблик. СМЛК.